Вам наверняка не раз попадалась на глаза весьма романтическая история о том, как в голодном и холодном Париже русская эмигрантка Елена Яковлева выживала, продавая ежедневные букеты от Маяковского.

Мол, когда-то великий советский поэт, влюбленный в Яковлеву, оставил весь свой гонорар за французские гастроли цветочному магазину. И вот шли годы и годы, Маяковский давно застрелился, в Европе вспыхнула мировая война, Париж оккупировали немцы. А цветы все приносили и приносили к порогу дома прекрасной эмигрантки. В снег, и дождь, и в жару – все как завещал Маяковский.

История очень трогательная и весьма растиражированная на разных сайтах, в разных книгах и журналах. Каемся, мы на нее купились и тоже пересказали в одной из своих статей. Но потом задумались…

Букет в разовом исполнении – это вообще не вопрос денег. Но когда этих букетов нескончаемое количество, то невольно начинаешь подсчитывать, сколько это будет стоить в презренном металле. Ладно, пусть их доставляют все-таки не каждый день, а пару раз в неделю – тут показания разных публикаций на эту тему расходятся. Все равно получается астрономическая сумма. Ведь речь идет о годах и годах. Минимум полтора десятилетия, потому что в Париже Маяковский был в 1925 году.

А оплачено это все, напомним, было не финансовым тузом или нефтяным магнатом. Нам предлагается поверить, что многолетние поставки цветов были покрыты гонораром поэта за выступления во Франции. Маяковский там, к слову, провел всего три недели. Причем ходили к нему на выступления в первую очередь русские эмигранты – народ не то, чтобы сильно зажиточный.

Это какие же неслыханные суммы он получил за трехнедельные гастроли, чтобы оплатить всю эту роскошь на годы вперед? А цветы, подчеркивается во всех рассказах были именно роскошные. Каждый букет был фантастической красоты. И за их продажу Яковлева даже в оккупацию выручала неплохую сумму – так гласит миф.

Да, вы уже и сами поняли, что это миф.

Миф про Маяковского и спасительные цветы. Работа над ошибками
Как выяснилось, ни в каком оккупированном Париже Татьяна Яковлева вообще не жила. К тому времени она уже несколько лет жила на Лазурном берегу, до которого немцы не дошли, они заняли только северную половину Франции. А в 1941-м она вообще уехала в Нью-Йорк.

Тогда откуда взялась история про цветы? Что ж, в своей книге “Лоскутное одеяло” Василий Катанян, лично встречавшийся с Татьяной Яковлевой в 1979 году в Нью-Йорке, приводит ее слова о Маяковском:

“Он уехал в Москву на несколько месяцев, и все это время я получала по воскресеньям цветы – он оставил деньги в оранжерее и пометил записки. Он знал, что я не люблю срезанные цветы, и это были корзины или кусты хризантем”.

То есть не многие годы, а несколько месяцев. Не каждый день и даже не пару раз в неделю, а только по воскресеньям. В итоге количество букетов из мириадов сокращается до одного-двух десятков, что тоже крайне романтично, но уже куда более достоверно.

Теперь осталось только понять, как возник миф про цветы в его нынешнем облике. И тут все стрелки компаса указывают на… стихи. Но не Маяковского, а советского поэта Аркадия Рывлина. Вдохновившись коротким эпизодом из воспоминаний Татьяны Яковлевой он написал целую поэму, которую назвал “Цветы от Маяковского”

Был отказ ее, как удар.
Он уехал в рассветном дыме,
Но парижский свой гонорар
Он оставил парижской фирме.

И теперь — то ли первый снег,
То ли дождь на стекле полосками —
В дверь стучится к ней человек,
Он с цветами от Маяковского.

И теперь, как просил поэт,
Ей букеты вручают броские, —
То ли чёрных тюльпанов свет,
То ли лунных гортензий свет,
То ли пармских фиалок свет, —
Со словами: — от Маяковского.

Поэма длинная, всю ее целиком мы, конечно, цитировать не будем. Вы и сами можете найти, прочитать и убедиться, что в ней как раз имеются все классические приметы знакомого нам “цветочного” мифа. И рассыльные, что несут букеты и в дождь, и в снег. И оккупированный немцами Париж 1943 года. И героиня, которая продает эти охапки цветов, чтобы спастись от голодной смерти.

Крылья воображения могут унести поэта куда угодно, и никто не имеет права за это упрекать Аркадия Рывлина. Наоборот, это прекрасно, что он создал красивую поэтическую историю. Другое дело, что нельзя было его поэму воспринимать как документальное изложение событий.

Вот такая работа над ошибками. Жаль, что мы не докопались до первоисточника сразу. Но лучше поздно, чем никогда.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *