В мае 1922 года знаменитая русская поэтесса Марина Цветаева села на поезд, идущий из Москвы в Ригу. Так начались ее годы скитаний по заграницам, эмигрантская жизнь. Из Риги она доехала до Берлина, потом перебралась в Прагу, а через три года прибыла в Париж, куда потихоньку стекались другие отечественные писатели и поэты, оказавшиеся за пределами своей страны — волей рока или по своему выбору.

В эмиграции Цветаева прожила 16 лет. Это были годы весьма плодотворные в плане творчества, но трудные в материальном отношении. В биографиях и прочей научно-популярной литературе часто об этом упоминают, но не очень подробно сообщают, на какие все-таки средства она жила.

Бальмонт писал в своих воспоминаниях о Цветаевой:

«Литература во Франции могла кормить Сименона и больше никого. Особенно эмигрантская литература. И, конечно, она не кормила Цветаеву. За строчку платили один франк, а чтобы прожить вчетвером, надо было минимально 2 тысячи франков в месяц. Это при очень скромной жизни — без театров, без выездов, без платьев, без такси. Аля, дочь Марины Ивановны, вязала шапочки, Сережа что-то получал, вместе они наскребали, наверно, 2 тысячи на полунищую жизнь».

Впрочем, Бальмонт очень о многом не упомянул. На самом деле финансовых источников у Цветаевой было сразу несколько, помимо тех крох, которые платили в качестве гонораров за публикацию стихов, поэм, переводов.

  • Во-первых, она получала писательскую стипендию от чехословацкого правительства (пока жила в Праге) в размере 600 крон в месяц. Немного, но лучше, чем ничего. Правда, после переезда в Париж стипендию эту она на какое-то время потеряла. На какое-то время, потому что Цветаева и ее друзья добились того, что Чехословакия снова стала перечислять ей деньги, уменьшив сумму лишь на четверть. В пересчете на французскую валюту выходило 275 франков.
  • Во-вторых, Цветаева неоднократно пользовалась средствами созданного в 1919 году Парижского Комитета помощи русским писателям и ученым. Комитет располагал фондом, складывавшимся из пожертвований благотворительных организаций, взносов участников, а также гонораров за многочисленные концерты и литературные вечера, которые он организовывал. Для получения субсидий нужно было подавать прошения в Комитет. Чаще всего они удовлетворялись.
  • В-третьих, поэтессе помогали местные меценаты и ценители ее таланта. Например, княжна Саломея Андроникова, работавшая в парижском модном журнале, выдавала ей по 200 франков ежемесячно. Весомую поддержку ей регулярно оказывал Марк Слоним.

Все в целом складывалось в нормальную сумму, позволявшую ей платить за жилье, покупать еду, одежду и вообще существовать. Без шика, но сносно.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *