Русские народные сказки – это свод вечных архетипов. Как впрочем и любые другие сказки. А раз эти архетипы вечны, значит они вполне впишутся и в нашу эпоху. Вопрос в том, как именно. Что, если бы волшебный вихрь перенес их из дремучего леса за тридевять земель прямиком в нашу реальность? И не куда-нибудь, а в самую что ни на есть современную Америку – с ее Уолл-стрит, Макдональдсами, обветшавшими социальными лифтами и глубокими проблемами.
Давайте пофантазируем и посмотрим, как вечные русские архетипы прижились бы на новой почве.
Баба-Яга. Хозяйка частной тюрьмы и ломбарда в “ржавом поясе”
Ее избушка на курьих ножках – это сеть ломбардов “Cash 4 Bones” в опустевших индустриальных городах Огайо или Пенсильвании. Она скупает за копейки последнее имущество у обнищавших рабочих, которых уволили с заводов. Ее забор из костей – это высокие решетки и колючая проволока вокруг ее же частной тюрьмы, куда государство сдает заключенных, а она на них зарабатывает, экономя на еде и медикаментах.
Она – воплощение системы, которая наживается на отчаявшихся. Она не просто злая, она – системная. Ей выгодно, чтобы люди были бедными, опускали руки и попадали в ее жернова. Костяная нога? Скорее, протез после несчастного случая на том самом закрытом заводе, с владельцем которого она теперь делит доходы.
Илья Муромец. Ветеран войны в Афганистане с непогашенной ипотекой и ПТСР
Он 33 года просидел не на печи, а в глухой американской глубинке, на диване, заливая пивом травму после двух командировок. Его богатырская сила теперь вылезает наружу в виде вспышек ярости. Он работает вышибалой в баре или охранником на складе, потому что больше никуда его не берут.
Его меч-кладенец – это ствол, купленный с рук без лицензии. Он не сражается со Змеем, а участвует в рейдах против банд байкеров, потому что это единственный способ почувствовать себя живым. Его главный враг – не сказочное чудовище, а VA (Департамент по делам ветеранов), который месяцами не может записать его к терапевту, и коллекторы по ипотеке за дом, который он вот-вот потеряет.
Кощей Бессмертный. CEO фармацевтической компании, взвинчивающей цены на инсулин
Его бессмертие – в акциях, золотых парашютах и тотальной юридической неприкосновенности. Его смерть запрятана не в яйце, а в тысячах страниц патентного права и в карманах лоббистов в Конгрессе. Он не похищает девиц, он по 500 долларов за таблетку продает людям лекарство, без которого они умрут.
Он с холодным любопытством наблюдает за статистикой смертности от диабета – для него это просто графики прибыли. Он тот, кто принимает решение поднять цену на жизненно важный препарат на 400%, потому что “так диктует рынок”. Его Кощеево царство – это стерильный небоскреб, с которого не видно людей, разоряющихся на его лекарствах.
Водяной. Бездомный в затопленном подвале дома в Новом Орлеане после урагана “Катрина”
Его царство – не запруда, а затопленные районы, которые власти так и не восстановили должным образом. Он не царь, он – призрак. Он пьет воду, зараженную кишечной палочкой, и бубнит проклятия в адрес FEMA (Федеральное агентство по ЧС) и страховых компаний, которые отказали ему в выплатах.
Его челядь – это такие же потерянные, как он, люди. Он не топит путников, он просто пытается выжить в городе, который его забыл и утопил в равнодушии. Его песни – это блюз отчаяния, который никто не хочет слышать.
Колобок. Мелкий наркодилер-одиночка, вечно уходящий от расправы
Он не от дедушки ушел, а от своего дилера. Он катится по улицам Балтимора или Комптона с закладками в кармане. Он увертлив, но глуп, думает, что его харизма спасет от пули. За ним охотятся все: и банды, и копы, и конкуренты.
Его гибель неминуема. Он – статистика. Либо передоз, либо пуля. Его история – это короткая и жесткая притча о том, как система перемалывает самых мелких и уязвимых.
Лиса Патрикеевна. Карьеристка из мира корпоративного рекрутинга, специалист по “оптимизации”
Она не обманывает Волка в лесу. Она обводит вокруг пальца таких же, как она, на трэш-токсичных корпоративных тимбилдингах. Она втирается в доверие, сливает компромат на коллегу HR-у, присваивает себе чужие заслуги и продвигается по карьерной лестнице по головам. У нее огненно-красная пуш-ап помада и идеально уложенные рыжие волосы.
Она не просто хитрая, она системная хищница. Она использует язык эйрологии и эмпатии как оружие. Она может уволить человека с тремя детьми на ипотеке, улыбаясь и говоря: “Я верю, это откроет для вас новые возможности для роста”.
Змей Горыныч. Братья-близнецы, главы наркокартеля на границе с Мексикой
Три головы – это не один дракон, а три брата-гангстера, которые не могут поделить власть. Одна голова (Горячая) хочет войны с конкурентами, вторая (Жадина) хочет всю прибыль себе, третья (Паникер) вечно ноет, что их вот-вот возьмет DEA (Управление по борьбе с наркотиками). Из-за их раздоров гибнут люди, рушатся семьи, а наркотрафик не прекращается.
Они – не мифическое чудовище, а часть кровавой повседневности. Их огонь – это огонь из стволов АК-47. Они летают не над лесами, а на частных вертолетах над оснащенными по последнему слову техники виллами.
Леший. Скрывающийся в лесах эко-террорист из движения ELF (Earth Liberation Front)
Он не водит грибников кругами. Он сбивает GPS-навигаторы бульдозерам лесорубов, поджигает стройки на местах национальных парков и освобождает животных с ферм. Он – призрак, которого ищет ФБР. Его магия – это знание природы и умение оставаться невидимым.
Он не добрый дедушка, он – радикал. Он считает, что обычные протесты не работают, и перешел к прямому действию. Например, к диверсиям на скотобойне стоимостью в миллионы долларов.
Емеля и Аленушка. Семья из Аппалачи, живущая на фудстемпы (талоны для малоимущих)
Он не лежит на печи, а сидит на крыльце своего трейлера, попивая дешевое пиво и разглядывая сломанный пикап. Его дурость – это отсутствие образования и перспектив в вымирающем шахтерском городке. Его волшебный дар – умение починить что угодно проволокой и изолентой, но ему лень.
Аленушка работает на трех работах: уборщицей, кассиром в “Уолмарте” и сдает кровь за деньги. Ее красота давно выцвела от усталости. Ее волшебство – это умение растянуть 200 баксов фудстемпов до следующей получки. Их счастье – не свадьба и полцарства, а то, что в этот раз им хватило на оплату электричества и дешевую водку, чтобы забыться.
Царевна-Лягушка. Нелегальная иммигрантка из Восточной Европы, работающая в подпольном спа-салоне
Ее заставляют работать по 12 часов в день без выходных в подпольном массажном салоне в Queens. Ее лягушачья кожа – это статус без документов, который делает ее абсолютно бесправной и зависимой от хозяев.
Ее превращение происходит не на балу. Оно происходит, когда она набирается смелости пойти в полицию или правозащитную организацию, рискуя быть депортированной.
Вот такая немилая, но весьма реалистичная американская сказка. Без победивших героев и хэппи-эндов. Можно ли было перенести этих персонажей в современную Россию? Да сто процентов можно. Только это скучно, все так делают. Писать негатив про нашу страну – это заскорузлый тренд, который и без нас воспроизведут сто миллионов раз. Так что мы решили хоть немного свежести добавить.
“Его меч-кладенец – это ствол, купленный с рук без лицензии.” – причём обязательно АК!