Ох уж эти заглавные буквы. По их поводу все время возникают какие-то споры, потому что у каждого есть какое-то собственное понимание того, где из ставить, а где нет.
Нет, есть, разумеется, правила русского языка, где постановка заглавных букв четко регламентирована. Но во-первых, кто в эти правила заглядывал? А во-вторых, сплошь и рядом оказывается, что собственные привычки для людей важнее, чем “какие-то правила”.
Попробуйте, например, убедить сотрудников разных фирм, что в словосочетании “генеральный директор” или “председатель совета правления директоров” нет ни одной заглавной буквы. Съедят вас с хлебом и не поморщатся.
А уж сколько копий ломается вокруг банального обращения на “вы”. Казалось бы, все понятно: в частных письмах и деловой документации нужно писать “Вы”, а во всех остальных случаях достаточно “вы”. Таковы правила, можете сами проверить.
Но ведь не верят. И даже когда приводишь в пример художественную литературу, где полно диалогов и везде “вы” с маленькой буквы (кроме тех случаев, когда это слово в начале предложения), все равно не верят.
В качестве доказательства в одном из последних таких споров пришлось процитировать собеседнику письмо Татьяны к Онегину:
«Я къ вамъ пишу — чего же болѣ?
Что я могу еще сказать?
Теперь, я знаю, въ вашей волѣ
Меня презрѣньемъ наказать.
Но вы, къ моей несчастной долѣ
Хоть каплю жалости храня,
Вы не оставите меня…”
Это из издания 1837 года – последнего прижизненного между прочим! Пушкин сам его тщательно выверял. Во всех остальных изданиях, вплоть до самых новейших, картина та же самая: Татьяна пишет письмо к Онегину, используя “вы”. Не “Вы”, а именно “вы”. Потому что это норма, вопреки мнению чрезмерно большой категории наших с вами современников. Можете сами проверить – откройте “Онегина” и загляните.
Но вообще говоря, с заглавными буквами в прижизненном издании “Онегина” творятся занятные вещи. Правила орфографии тогда явно были весьма отличными от сегодняшних. С заглавной буквы писалось чуть ли не все подряд.
Мы вам приведем оттуда разные примеры:
- Monsieur l’Abbé, Французъ убогой…
- Какъ Dandy Лондонскій, одѣтъ…
- Онъ по-Французски совершенно…
- Межъ сыромъ Лимбургскимъ живымъ…
- И по Балтическимъ волнамъ…
- Всѣхъ этихъ словъ на Русскомъ нѣтъ…
- Подобный Англійскому сплину…
- По Петербургской мостовой…
- Какъ описалъ себя Піитъ…
- Съ Венеціянкою младой…
- Пріютъ задумчивыхъ Дріадъ…
- И Музъ возвышенныхъ искуства…
- Но встарину, Княжна Алина…
- И молвитъ: то-то былъ Поэтъ!..
- Кто ты: мой Ангелъ ли хранитель…
- Онѣгинъ жилъ Анахоретомъ…
- И отставной Совѣтникъ Фляновъ…
Это только малая часть, потому что список получился бы просто бесконечным. Но и так уже можно видеть некоторые закономерности.
Во-первых, очевидным образом все национальности, включая образованные от них прилагательные, писались с заглавных букв (Француз, Русская, Английский, Французский).
Во-вторых, с заглавных букв писались прилагательные и существительные образованные от топонимов (Балтийские, Английский, Лимбургский, Венецианка, Лондонский, Петербургские).
В-третьих, с заглавных букв писались разные греческие слова (Дриады, Музы, Ангел, Анахорет).
Плюс тут есть еще некоторые не очень ясные моменты. Например, княжна и советник пишутся с заглавных букв (Княжна, Советник), но дальше в тексте есть еще бригадир Дмитрий Ларин, так он просто бригадир. И еще всякие должности и звания упоминаются, тоже без заглавных букв. Странный разнобой.
Обращают на себя внимание слова Пиит и Поэт, написанные с заглавной буквы. Это не правило, потому что тут же про Ленского написано следующее:
А можетъ быть и то: поэта
Обыкновенный ждалъ удѣлъ.
Тут поэт с маленькой буквы. И еще в ряде мест, где речь идет о Ленском, тоже слово “поэт” написано именно так. Возможно, правило такое – Поэт пишется с заглавной буквы, если речь идет об абстрактном явлении. Об идее Поэта, так сказать. А когда речь о конкретном человеке, то заглавных букв не требуется.
Да уж, с пушкинских времен требования относительно строчных и прописных в русском языке сильно изменились…
