Честно скажем, сначала нам показалось, что кто-то просто дал задание ИИ и не перепроверил результат. Но все оказалось гораздо хуже. Ошибки кочуют из публикацию в публикацию уже многие годы. И почему-то никто до сих пор так и не взялся провести простейший фактчекинг.
Ну что ж, придется это сделать нам.
Итак, ситуация следующая. Есть неоспоримый факт — известный русский историк и писатель Николай Карамзин обогатил русский язык некоторым количеством слов, дотоле в нем не существовавших. Например, он придумал слово «промышленность», произведя его суффиксальным способом от «промысел», «промышлять». Тем же путем на свет появилось слово «влюбленность».
Какие еще слова он придумал? В соцсетях гуляют посты со списками. Иногда очень красиво оформленные. Недавно нам на глаза попалась вот такая карточка:
Влюбленность — на месте. Промышленность — тоже. Человечный — да. Эпоха… Стоп, что-что? Разве слово «эпоха» придумал Карамзин? Неужели до него никто никогда не использовал это слово в русском языке?
К счастью, у нас есть такая замечательная штука, как Национальный корпус русского языка — оцифрованное собрание текстов как минимум за три века. Там можно забить любое слово и посмотреть, где именно оно встречалось, причем есть сортировка по дате.
Так вот, слово «эпоха» использовалось задолго до рождения Карамзина.
«А понеже какую тогда русские эпоху употребляли, неизвестно, и, может, подлинно никакой, но по государям, яко все древние счисляли, египтяне и иудеи и пр…»
Василий Татищев. История российская в семи томах. Том второй (1750 год)
Кроме Татищева, использованием слова «эпоха» отметились Ломоносов, Фонвизин и другие авторы. У Радищева оно встречается в «Повествовании о приобретении Сибири», написанном в 1773 году. Карамзин тогда был десятилетним мальчиком.
Дальше давайте будем чуть менее подробно перечислять слова и примеры их употребления, а то статья непозволительно растянется.
Просто обозначаем: «сцена» существовала в русском языке еще до Карамзина. Самое раннее употребление, согласно Нацкорпусу, в 1762 году у Стефания Савицкого. Слово «моральный» — первое упоминание в переводе трактата Пуффендорфа, вышедшем в 1721 году. Второй раз встречается у Татищева в письме к Шумахеру в 1731 году.
Слово «благотворительность» попадается нам дважды в повести «Обитель предместия » Михаила Муравьева, вышедшей в 1790 году. Это первое упоминание. Карамзин использует его только в 1802 году в «Моей исповеди». Слово «гармония» употребляет в 1751 году Андрей Богданов, а спустя четыре года оно есть у Тредиаковского.
С «утонченностью» тоже все непросто. Обычно сообщают, что это слово ввел Карамзин в «Письмах русского путешественника» в 1791 году. Однако там на самом деле читателя встречает несколько другое слово. Цитируем: «для нас открыты все пути к утончению разума и к благородным душевным удовольствиям». Есть там и слово «утонченная». Но вот именно существительное «утонченность» впервые использовал не Карамзин, а Николай Смирнов в 1795 году в повести «Зара».
Самая странная история произошла со словом «достопримечательность». Практически везде вы встретите утверждение о том, что его придумал Карамзин. И даже известно, что использовал его он в «Письмах русского путешественника». Однако если вы откроете сами «Письма…», вы там найдете это слово в одном-единственном месте — в комментариях к странице 425, где поясняется, речь идет о достопримечательностях французской столицы.
Но комментарии эти… писал не Карамзин, они появились гораздо позже. Мало того, сам Карамзин почему-то в 1817 году издал эссе «Записки о московских достопамятностях», где рассказывал о «достопамятностях Кремля». Причем и это слово не его изобретение, оно регулярно встречается еще в XVIII веке. А слово «достопримечательность» впервые употребил в том же 1817 году в дневнике известного мореплавателя Федора Литке.
Есть сильное подозрение, что при максимально подробном, под лупой, разборе всех слов, изобретение которых приписывается Карамзину, список сократится очень сильно. Кто-то ошибся изначально. Кто-то впервые столкнулся с каким-то словом у Карамзина и не знал, что оно уже было. Кто-то просто решил, что автором любого слова, возникшего на рубеже XVIII XIX веков, был Карамзин. И все это покатилось как снежный ком, обрастая дополнительными подробностями.
