В мире альтернативной истории есть свои герои. Один из самых загадочных — профессор-санскритолог Дурга Прасад Шастри, человек, чье имя стало мантрой для всех, кто верит, что русский язык – древнейший код Вселенной, старше санскрита и, возможно, даже самого времени.
Рождение мифа
Согласно устоявшейся легенде, в начале 1960-х годов в Советский Союз прибыл выдающийся индийский ученый-санскритолог. Он провел в стране пару недель и успел совершить лингвистическое открытие. Сведя краткое знакомство с русской действительностью он якобы воскликнул переводчице: “Не надо переводить, я все понимаю”.
И дальше приводится цитата из его статьи:
“Когда я был в Москве, в гостинице мне дали ключи от комнаты 234 и сказали “dwesti tridsat chetire”. В недоумении я не мог понять, стою ли я перед милой девушкой в Москве или нахожусь в Бенаресе или Уджайне где-то две тысячи лет назад. На санскрите 234 будет “dwishata tridasha chatwari”. Возможно ли большее сходство? Вряд ли найдется еще два различных языка, сохранивших древнее наследие – столь близкое произношение – до наших дней”.
Этот эпизод, достойный пера Гоголя, положил начало целой мифологии. Ведь если индийский брахман понял русский без перевода, значит, языки эти – родные братья. А может, и вовсе одно и то же.
Статья, которой нет
Центральным артефактом культа Шастри считается его статья под названием “Links between Russian and Sanskrit”, вышедшая в материалах конференции общества Советско-Индийской культуры в 1964 году (Shastri Durga Prasad. Links Between Russian and Sanskrit. /Meerut district conference of the Indo-Soviet Cultural Society. Ghaziabad, 1964). Именно в ней якобы встречается тот самый фрагмент про комнату 234.
Интересно, однако, что сами эти материалы никто никогда не видел. Ни в каталогах Британской библиотеки, ни в базах данных Индийского национального научного фонда, ни даже в скромных университетских библиотеках Уттар-Прадеша. Соответственно оригинал статьи Шастри тоже отсутствует. Есть только русскоязычное изложение, которое тиражируется на форумах и блогах.
То есть цитата из Шастри, которую мы вам привели выше, является фантомом. Она возникла буквально из ниоткуда и не имеет никакого подкрепления. То есть ценность ее сопоставима с трактатом о влиянии Луны на качество пельменей.
Профессор, которого нет
Не менее призрачна и пресловутая научная конференция 1964 года в Индии, по итогам которой якобы был издан сборник материалов. Абсолютно все упоминания о ней являются пересказами все той же байки про Дургу Прасада Шастри.
Более того, нет никаких сведений о том, что профессор-санскртиолог Шастри существовал в действительности. Единственное, что удалось обнаружить в реальных академических источниках, это издания начала XX века, где некий Durgaprasad (без “Шастри”) фигурирует как редактор санскритских текстов.
Первое письменное упоминание о Шастри связано с Натальей Гусевой, переводчицей, этнологом и впоследствии ярой сторонницей теории об “индославах”. Удивительное совпадение, правда?
Она постоянно ссылается на “личное общение” с индийским ученым и приводит его выводы о родстве русского и санскрита. Однако у нее всегда отсутствует конкретика – нет названия университета, где преподавал Шастри, нет даты визита, нет принимающей организации. Нет ничего, кроме ее слов.
Подытожим
Можно было бы отнестись к этой истории с добродушным снисхождением, если бы она не использовалась для продвижения куда более сомнительных идей – от “славяно-арийских вед” до теорий о том, что “русский – самый древний язык”.
Давайте посмотрим правде в глаза. Если бы русский и санскрит были настолько похожи, что носитель одного понимает другой через две недели пребывания в Москве, то об этом были бы написаны тысячи статей всеми санскритологами мира. И таких историй с удивленными возгласами индийских в Москве было бы полным-полно. А у нас один-единственный мифический Шастри и миллион его перепевов.
Да и вполне можно понять настоящих санскритологов, которые никаких таких возгласов не издают и от переводчиков не отказываются. Потому что представьте, например, как утром, выходя из номера индийский гость говорит: “Suprabhātam. Śubhaḥ divasaḥ. Kalyāṇīṃ me pātraśuddhaṃ jalaṃ kṛpayā dātum”. Вы все поняли? А ведь это санскрит. Типа почти то же самое, что русский.
Знаете, как переводится? “Доброе утро. Хороший день. Дайте мне, пожалуйста, чашку чистой воды”. Ничего запредельного, обычные слова. А смысл без перевода не читается.
В общем, подытожим. Профессор Дурга Прасад Шастри – идеальный персонаж лингвистической байки: иностранец, ученый, благожелательный, но при этом полностью управляемый. Он говорит то, что хочется услышать, и исчезает, не оставив следов.
