За века оголтелого расизма, существовавшего на территории Америки, там придумали массу названий для различных градаций и комбинаций так называемых цветных. Поэтому когда русский читатель берется за классические произведения американской литературы, он то и дело сталкивается с разными мулатами и прочими квартеронками.

Больше всего названий в культуре США существовало для представителей чернокожего населения. То есть для негров — будем пользоваться тем словом, которое является традиционным для русского языка.

Оно и понятно, негры встречались повсюду — работали на плантациях, пели в кабаках, прислуживали в господских домах, выполняли черную работу на многочисленных стройках растущей страны.

Как все прекрасно понимают, в таких условиях совершенно неизбежно было появление смешанного населения — плодов любовных связей разных рас. В первом поколении дети черно-белых родителей зовутся мулатами. если негритянской крови в ребенке оставалась лишь четверть, получались квартероны. Если одна восьмая — октероны. И так далее.

Проценты высчитывались и учитывались практически до бесконечности. Было даже введено так называемое правило одной капли крови. Согласно нему, человек являлся негром со всеми вытекающими последствиями, если у него был находился хотя бы один негритянский предок.

В общем, с неграми и мулатами всех разновидностей и поколений понятно. Но на территории Штатов была еще одна «цветная» раса — индейцы. Краснокожие!

Изобрели ли американцы свои названия для детей, рожденных от красно-белых и черно-красных родителей?

От связей белых с индейцами на свет рождались метисы. Это слово вам наверняка знакомо, потому что у него есть и расширительное значение. Так в научном мире принято называть любые результаты скрещивания разных рас.

А вот о том, как называются дети со смешанной индейско-негритянской кровью, знают немногие. Исключение делаем для внимательных читателей Майн Рида, в произведениях которого это обозначение нередко приводится.

Зовутся они — самбо!

Кстати, в Латинской Америки в ходу другие термины. Там говорят не самбо, а лобо. Яркий пример современного лобо — знаменитый политик Уго Чавес, правивший Венесуэлой до своей смерти в 2013 году.

А в Бразилии в качестве аналога термина самбо используют португальское слово кафузу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *