Роман Кена Кизи — это безусловно метафора. Прочитать его просто как историю отдельно взятой лечебницы для душевнобольных совершенно невозможно. Тем, кто все-таки пытается это сделать, автор чуть ли не прямым текстом все разжевывает посредством внутренних монологов главного героя — Вождя Бромдена.

Да-да, именно Вождь тут главный герой. Если вы сначала смотрели фильм, то смириться с этим трудно, поскольку гениальный Джек Николсон, конечно, перетягивает на себя все внимание, а роль Вождя сведена к минимуму.

Но в книге акценты расставлены совсем по-другому. Там мы все воспринимаем именно через молчаливого гиганта, покорно елозящего шваброй по полу. И тот факт, что в самом конце только ему удается по-настоящему сбежать из жуткого дурдома, имеет принципиальное значение. В этом-то вся соль!

Давайте чуть подробнее разберемся.

Бромден не похож на остальных пациентов психбольницы тем, что понимает — это не какой-то эксцесс в нормальном обществе. Это как раз и есть необходимый элемент для существования «нормального общества».

«Отделение – фабрика в комбинате. Здесь исправляют ошибки, допущенные в домах по соседству, в церквах и школах, – больница исправляет. Когда готовое изделие возвращают обществу полностью починенное, не хуже нового, а то и лучше, у старшей сестры сердце радуется; то, что поступило вывихнутым, неродным, теперь исправная, пригнанная деталь, гордость всего коллектива, наглядное чудо. Смотри, как он скользит по земле с припаянной улыбкой и плавно входит в жизнь уютного квартальчика, где как раз роют траншеи под городской водопровод. И счастлив этим. Наконец-то приведен в соответствие…»

Вот он — ключевой тезис. И колоссальное значение имеет то, что озвучивает его именно наш полукровка Бромден, а вовсе не бунтарь Макмерфи. Да, Макмерфи очень обаятелен и притягателен, он борется с системой — казалось бы, идеальный образец для подражания.

Почему в "Пролетая над гнездом кукушки" спасся только индеец?

Но система с такими борцами приучена справляться на раз. Он не первый и не последний. В распоряжении комбината по переработке душ есть целый набор методов воздействия на таких одиночек. В крайнем случае — лоботомия. И даже если каким-то образом эту конкретную психбольницу удалось бы уничтожить или закрыть, то остальные исправно продолжат работать. Да и эту — максимум чуток подчистят, чтобы попригляднее все было, и снова запустят. С теми же целями.

Мы ведь помним, что это метафора, правда?

А теперь переходим к принципиальному моменту. Единственный человек, который сумел не сдохнуть, не превратиться в овощ, а реально освободиться от комбината, то бишь сбежать из больницы, это Вождь. Полуиндеец-полубелый, но индейская кровь тут явно имеет важное символическое значение. Ведь Кизи неоднократно делает на ней акцент.

В тогдашней Америке как раз начинала бурлить и кипеть контркультура, бросавшая вызов сложившейся системе заравнивания всего населения под идеальных потребителей. Бунтари типа Макмерфи начали входить в моду, но система оказалась сильнее. Система вполне смогла подмять под себя даже контркультуру, вырвав у нее наиболее опасные лозунги и встроив ее в определенную нишу.

Кен Кизи один из немногих понял, что борьба с системой и принятие системы — это, по сути, две стороны одной медали. А настоящий выход — это… выход. Просто выход из системы. Не бороться с ней, не защищать ее, а просто уйти из нее, жить за ее пределами, пролетать мимо кукушкина гнезда.

Почему в "Пролетая над гнездом кукушки" спасся только индеец?

Индейцы в ту эпоху как раз и были, пожалуй, единственной частью американского общества, которая жила вне системы. В своих резервациях они были максимально исключены из общественных процессов. А значит, были вне досягаемости «комбината».

Именно поэтому только Вождю Бромдену в романе Кизи удается вырваться. Символ? Символ!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.