В 25 лет начинающий писатель, будущий классик русской и советской литературы, влюбился без памяти. Девушка, которая сразила его, была старше на восемь лет. Ее звали Ольга Каминская.

Родилась Каминская, как и Горький в Нижнем Новгороде, то есть были они земляками. Но связывало их и еще кое-что — приверженность левым идеям.

Училась Ольга в Белостоке, широко проникнутом сетью подпольных организаций. Дружила там, например, с Игнатием Гриневицким, который чуть позже бросил бомбу в царя Александра II. Так что у них с Горьким нашлось много тем для обсуждения.

Девушка она была яркая, активная, самостоятельная. У нее был брошенный ею законный муж, был любовник, с которым она жила, был ребенок, но все это совершенно не мешало ей заводить новые романы. За плечами у нее были несколько лет эмиграции, жизнь в Вене и Париже. Она задорно пела французские песенки, играла на сцене и очень изящно курила папиросы. Богема как есть.

Странное совпадение! В одном из разговоров выяснилось, что ее мать была акушеркой и помогала в свое время рождению маленького Алеши Пешкова. В смысле, мать Ольги Каминской принимала роды у матери Максима Горького. Судьба!

«Дальше все пошло с быстротой, вполне естественной для женщины, которая впервые встретила невиданного ею интересного зверя, и для здорового юноши, которому необходима ласка женщины…» — вспоминал позже Горький в автобиографическом рассказе «О первой любви».

При этом у них часто возникали размолвки на литературной почве.

«Литературные вкусы наши непримиримо расходились: я с восторгом читал Бальзака, Флобера, ей больше нравились Поль Феваль, Октав Фейлье, Поль де-Кок и, особенно — «Девица Жиро, моя супруга», — эту книгу она считала самой остроумной, мне же она казалась скучной, как «Уложение о наказаниях», — читаем мы в том же горьковском произведении.

Но все было бы ничего, если бы Ольга не относилась с полнейшим равнодушием к творчеству самого Горького. И вот это уже стало проблемой. Серьезным ударом оказалось чтение свеженаписанной «Старухи Изергиль». Горький читал ее вслух поздно вечером и вдруг обнаружил, что слушавшая его Ольга крепко заснула.

Это на «Старухе Изергиль» — одном из самых ярких произведений писателя! Где легенды о гордом Ларре и благородном Данко!

«Я встал и тихонько вышел в сад, испытывая боль глубокого укола обиды, угнетенный сомнением в моих силах», — так позже описывал эту сцену Горький.

Дело кончилось тем, что однажды Каминская нашла себе новый интересный объект для охоты — молоденького лицеиста, которого ей захотелось «стряхнуть» и «разбудить». Этого Горький уже не вынес и расстался с Ольгой.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *